Na-svet.ru

Мать и Дитя

Разделы

Заочные лекции для матерей
 Кесарево сечение
 Азбука семейной жизни
 Как любить ребенка//Януш Корчак
 Происхождение детских неврозов и психотерапия//А.И.Захаров
 Мы и наши дети (Б. и Н. Никитины)
 Резервы здоровья наших детей (Б. и Л. Никитины)
 Воспитание в утробе матери, или рассказ об упущенных возможностях
 Пренатальная психология
 Полезная информация
 Государственность и семья
 Семейный кодекс РФ
 Комментарий к Семейному кодексу РФ
 


11
1
2

Заочные лекции для матерей

ДЕТИ НАС УЧАТ

Вот как это было. Когда нашему первенцу было года полтора, мы, например, обучали его самостоятельности таким образом: если малыш попадал в трудное положение (шлепнулся, или застрял где-нибудь, или что-то не мог достать), мы "не обращали на это внимания", не помогали ему, несмотря на все его слезы и вопли, - пусть сам учится выбираться из трудностей. Мы останавливали бабушку, жалеющую внука и стремящуюся ему помочь, сердились, если кто-нибудь советовал что-то предпринять, чтобы прекратить крик. И, в общем-то, добивались успеха: малыш сам действительно выбирался из затруднения. И все было бы хорошо, если бы не такая "деталь", на которую мы как-то сначала не обращали внимания: во время очередного "урока" страдали больше всех окружающие. Сами того не подозревая, мы учили малыша... не считаться с остальными. И не только этому. Когда стал подрастать второй сын, мы с ним поступали так же. И вот однажды я увидела такую картину: младший плачет от ушиба и испуга, а его трехлетний старший брат даже не взглянет в его сторону точь-в-точь как мы, взрослые. Но мы-то не смотрели с умыслом (пусть сам справится с бедой), а тут было просто равнодушие, безразличие к слезам братишки. Это неприятно поразило меня. Тогда-то я взглянула на себя, на нашу "воспитательную меру" со стороны и поняла, почему она подчас раздражает окружающих. Подобные детские "уроки" исподволь навели нас на самые серьезные размышления о разных сторонах отношений между детьми и взрослыми: о контроле и доверии, о поощрении и наказании, о послушании и капризах и т. д. Один из этих уроков мне запомнился на всю жизнь. Я расскажу о нем подробно, потому что именно он заставил меня по-новому взглянуть на очень сложную проблему - проблему наказании. Это было лет пятнадцать назад. Однажды мы ужинали несколько позже, чем обычно. Младший сынишка - ему было тогда чуть меньше года - сидел у меня на коленях и немного куксился: уже хотел спать (это я сейчас поняла бы, а тогда не понимала). Взяв со стола ложку, он потянул было ее в рот, но уронил на пол и заплакал. Я спустила его с коленей на пол и сказала: - Подними ложку! Он заплакал еще громче. Логика моих последующих действий была такова: "Ах так: ты роняешь, не поднимаешь, да еще и ревешь - тебя следует за это наказать, чтоб запомнил и не повторил в следующий раз". Вслух же я говорю: - Не плачь, подними ложку, тогда я тебя возьму на руки. Малыш шлепается на пол, отпихивает ложку в сторону и заливается плачем пуще прежнего. - А... ты еще и не слушаешься! "Ну, разумеется, этого оставить нельзя, - думаю я, - надо обязательно настоять на своем, а то в следующий раз он..." - такова привычная и убедительная формула взрослых. И я настаиваю, да еще грозным тоном: - Немедленно подними ложку, иначе!.. Малыш валится на пол и ревет взахлеб, причем рев этот не капризный, а иной, скорее жалобный какой-то... Я теряюсь, мне его жалко, хочется его поднять, успокоить (сейчас-то я бы так и сделала) - ведь он просто хотел спать. К тому же за столом все перестали есть - какая уж тут еда. Но тогда... я твердо стою на своем, памятуя: нельзя потакать капризам - раз, и нельзя допускать, чтобы твое требование не выполнялось - два. А рев не прекращается. В смятении я почти кричу: - Ну, тогда не нужен ты мне такой! - и выбегаю из кухни. Останавливаюсь посреди комнаты и сама вот-вот расплачусь - от бессилия, от жалости, от того, что происходит что-то не то, а я не знаю, как надо... Из кухни доносится яростный рев - теперь уже не жалобный, а отчаянный, протестующий. Когда это кончится?! Проходит пятиминутная вечность... наконец слышу: рев в кухне стихает, раздается тяжелое шарканье. Из-за двери - на четвереньках (это он-то, к тому времени уже умеющий хорошо ходить!) - появляется мой несчастный сын, зареванный, всхлипывающий... Я еще держусь, не бросаюсь ему навстречу, и он, изнемогая, ползет ко мне и, обхватив мои колени, начинает горько так, жалобно всхлипывать. Тут наконец-то! - полетели в тартарары все мои "твердые установки", я опускаюсь к нему на пол, и мы плачем оба, крепко обняв друг друга. Это слезы облегчения и радости: мы опять рядом, вместе. И минуты через две-три он уже спит, еще всхлипывая изредка во сне и долго не отпуская мою руку. Да я и сама не могла никак с ним расстаться. Я смотрела на его осунувшееся личико с размазанными по щекам слезами и впервые в жизни вдруг почувствовала огромную вину перед крохотным человеком. Ведь я была так несправедлива к нему! Он искал у меня понимания и помощи, а получил - за простую оплошность - самое жестокое наказание: от него отказалась мама. Он протестовал как мог, а я... даже не пыталась его понять, шла в своих действиях из каких-то затверженных правил, а не от ребенка и его состояния... Пожалуй, с этого самого "урока" и началась моя материнская учеба, не прекращающаяся по сей день: я учусь понимать своих детей! Сложная это оказалась наука. Нет возможности здесь рассказать о многих ошибках и промахах, которые допускали мы, взрослые, в общении с детьми. Нелегко было отказываться от убеждения, что мы правы уже потому, что мы взрослые, а они должны нам беспрекословно подчиняться только потому, что они дети. Еще труднее было в неудачах научиться не сваливать вину на ребят и на внешние обстоятельства, а посмотреть сначала на себя: что ты делаешь не так? И представьте себе, почти всегда причину обнаруживаешь в собственной неумелости, нетактичности, непродуманности, недальновидности. Вот еще пример.

 

 


читать далее

Содержание

- Мы и наши родители
 - Так мы начинали
 - Каша тут ни при чем
 - А кирпич вкусный?
 - Сообразил!
 - Про штанишки
 - Помощник не в шутку, а всерьез
 - В бабушкином "раю"
 - Приходится расхлебывать
 - Наша семья
 - Предсказания не сбываются
 - Как мы начинали
 - Трудное наше счастье
 - Первый час, первый день
 - Проблема пеленок
 - Он голодный!
 - Учимся понимать ребенка
 - Холод - доктор
 - Как было раньше
 - Холод - друг
 - И на солнышко
 - Зачем ползать?
 - Учимся ходить и падать
 - Движение - всему начало
 - На руках или в кроватке?
 - Внимание: опасность!
 - Мир познается самостоятельно
 - Игры и игрушки
 - Зачем так рано?
 - Без мамы плохо
 - Опрокинутая чашка
 - Это нельзя, а это можно
 - И маму надо пожалеть
 - Движение, движение, движение
 - Нас спрашивают: а если ребенок часто простужается?
 - Проблема питания
 - Наша спортивная комната
 - Сила, ловкость и осторожность
 - Результаты радуют
 - Дети пошли в школу и...
 - Что мы считаем важным
 - Главное - своевременное начало
 - И широкое поле деятельности
 - Любимые учебные пособия
 - Вместе с детьми
 - Гарантия от перегрузок
 - Главный итог - любознательность
 - А внимание, усидчивость, дисциплина?
 - И трудовые обязанности
 - Для себя или для других?
 - Ниточка-никиточка
 - И человеческие отношения
 - Для чего человек живет
 Дети нас учат
 - Кто кого наказал?
 - Спасибо, отец, за науку!
 - Споры не ссоры
 - Забота о других
 - Микроб тщеславия
 - Волшебная сила искусства
 - Наши семейные праздники
 - О наших ошибках (1988 г.)
 - Коварство комфорта
 - Ожидая малыша
 - Первый час и первая неделя жизни
 - Первое прикладывание к груди
 - Это чудо природы - молозиво
 - Почему пропадает молоко?
 - А теперь коротко о главном
 - Наши просьбы к врачам и сестрам родильного дома
 - Наши предложения работникам детских садов
 - Что думают ученые о способностях
 - Способности исполнительские и творческие
 - Новая гипотеза
 - Гипотеза объясняет факты
 - Опыт и проверка гипотезы
 - Школа и способные дети
 - Другие подтверждения правильности гипотезы
 - Поиски решения проблемы способностей
 - Заключение
 - Литература
 - И внуки